В пещи вавилонской
По пророчеству многих святых отцов, одним из признаков, предвещающих конец мира, будет всеобщий, страшный разврат, мерзкая плотская распущенность и неуёмное наслаждение страстями. В Апокалипсисе последнее и крайнее растление мира представлено в образе жены, сидящей на багряном звере: «жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными» (Откр. 17:3). Эта великая блудница украшена порфирой и багряницей, золотом, жемчугом и драгоценными камнями. В руке она держит золотую чашу, наполненную мерзостями и нечистотой блуда всей земли (Откр. 17:4). Она — символ города, владычествующего над царями мира сего, — «Вавилона»; эта столица последнего поколения людей стала жилищем бесов и пристанищем всякого нечистого духа, где все опьянены яростным вином блудодеяния. Цари мира сего будут любодействовать с этим городом, а купцы станут соучастниками его роскоши и неги (Откр. 18:2–3).
Чем кончается царство «Вавилона» и пир «великой блудницы», всем хорошо известно! Какой город в конце времён удостоится такой мрачной славы, пока неизвестно. Да и вообще, может быть, здесь подразумевается не какой-то определённый город, а лишь образ безбожной мировой власти, которая должна воцариться над миром.
Среди движений души и вожделений страсть блуда — самая сильная и порабощающая. Стремление к плотскому соединению ради продолжения рода переросло в самые извращённые, ненавистные Богу, болезненные и многообразные падения. И кто из людей свободен от этого всепожирающего огня? Чьё сердце не склонно к вожделению, возбуждаемому телесной красотой, не поддаётся ему? Какая другая страсть так сильно влечёт нас, опьяняет, лишает рассудка, отнимает волю и мужество, если не эта?
Творец даровал человеку величайший дар любви, стремления к красоте, прекрасному и совершенству. Человек не должен замыкаться в себе, не должен останавливаться на себе, но всем своим существом должен устремляться, должен жаждать соединиться с тем, что выше его, с совершенным, прекрасным.
Именно сила любви и неутолимая жажда соединиться с высшим Существом, с вечной красотой и совершенством — это жизнь души, её главный центр. Это та потребность, которая непрестанно волнует душу человека, оживляет её, мучит, заставляет жаждать, желать и искать. Правильно ищущий и находит, и становится причастником высшей любви, блаженства и Самого благого Господа. Вот почему враг Божий и коварный искуситель людей — сатана неутомимо старается похитить главный поток наших душевных сил, осквернить его, исказить, сбить с пути и направить на всякую мерзость и уродство. Он по-змеиному «наставляет» нас и учит зарывать небесный дар в землю, подменяет жажду спасения тленными похотями, а стремление к вечному блаженству превращает в жажду минутного наслаждения.
Стремление к высшей, Божественной, духовной красоте и небесный дар любви обратились в нас лишь во влечение к пленительному телу. И вот «человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им» (Пс. 48:20). Недуг блуда так вошёл в плоть и кровь человека, так сросся с его сердцем, что стал прямым и широким путём, ведущим в гибельную пропасть, а бесчисленные жертвы, легко заманенные в сеть врага сластолюбивыми наслаждениями, стали наследниками геенны. Всё меньше остаётся тех, кто не пожелал покориться чародейке-блуду; редко встретишь корабль жизни, плывущий против течения. И какой гребец уцелеет на вздыбленной волне всепотопляющей, бушующей страсти?
Сатана, подобно Навуходоносору, посылает слуг, чтобы заставить человечество поклониться «золотому истукану» — вернее, грубому, неотёсанному телу, украшенному призрачной земной роскошью. И вот уже по всей земле люди покорно поклоняются обоготворённой плоти и, заслышав звук разных инструментов, падают ниц перед истуканом. А для непокорных и упрямых лукавый повелел «в семь раз сильнее» раскалить огненную печь страстей, подбросить в неё, как дрова, обладающую коварным обаянием «современную культуру», чтобы возбудить все вожделения людей. Так что христиане последних времён, честно сохранившие девство, воистину уподобятся тем трём отрокам, что остались невредимы в пещи вавилонской. Но и их от этого всепожирающего пламени укроет лишь благодатный покров Царства Божия (см. Книгу пророка Даниила, гл. 3).
Христиане!
Христианки, жёны, юноши, мужи! Опомнитесь! Куда вы? Неужели вы не видите, не слышите, какая «культура» затопляет мир? Вспомните «Откровение» святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова: что сказано там о последних временах, о тех 144 тысячах искупленных, которые предстали пред престолом Божиим, то есть о тех, кто избежит сети сатаны и спасётся. Святой Иоанн услышал голос с неба: «Это те, которые не осквернились с женами, ибо они девственники...» (Откр. 14:4). Не заметили ли вы, что главный признак искупленных — именно девственная чистота, не осквернённая грехом блуда? (В которую, конечно, включается и верное супружество.) Видно, люди последних времён будут прельщены бесом блуда!
Ныне довольно многие сознательно или бессознательно стали соучастниками разжигания этой новой «пещи вавилонской»! Но разве мы не знаем, что ждёт того, кто соблазняет ближнего? Неужели мы забыли слова Господа: «А кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему жерновный камень на шею и бросили его в море» (Мк. 9:42)? А также: «Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Мф. 18:7).
Горе тебе, женщина, когда ты появляешься в обществе мужчин вызывающе наряженной! Не обманывай себя: когда ты ходишь почти нагой или надеваешь облегающую одежду и стараешься получше показать прелести своего тела, знай, что в тебе явно гнездится страсть блуда; ты — соблазн, ибо стараешься возбудить в сердцах мужчин скверное вожделение, и за это горе тебе!
В этом случае у тебя, может быть, и не было намерения нарочно соблазнить другого, но это не смягчает вины. Даже скрытое, почти неосознанное скверное вожделение — яд, который отравляет наши сердца, а проявившаяся в поведении эта страсть блуда становится поводом к соблазну для ближнего. Отравить душу человека — грех немалый. Господь говорит: «Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своём» (Мф. 5:28). То есть можно сказать: ты, женщина, вышла на улицу в эротически привлекательной одежде, расхаживая по городу полуобнажённой, показала многим свою телесную красоту и услаждала своей пленительной внешностью множество взглядов. Так знай же: сегодня ты прелюбодействовала со многими! И горе тебе, ибо сегодня в твоём лице по улицам ходил соблазн!
Величайший грех совершает тот, кто показывает нам по телевидению эротические и порнографические фильмы! Радиопередачи, периодические издания и прочие средства массовой информации без конца проповедуют грех блуда. В распространении растлевающих душу человека и непристойных журналов и газет виновны не только издатели и сотрудники, но и их продавцы, покупатели и подписчики.
Всякий христианин, который рассматривает эту продукцию, пачкает душу, наполняет сердце смертельным ядом, очистить от которого трудно будет даже особым лечением. Не обманывайте себя, будто «мы только зрители и в жизни не собираемся делать ничего подобного, всё это лишь инсценировка на экране». Как говорил известный апологет Тертуллиан: «То, что неприемлемо в действительности, не должно быть принято и в произведении». Если грех, показанный перед нашими глазами в блестящей, завораживающей рамке, как нам кажется, не заставляет нас вожделеть его, то на каких же принципах основана реклама, на которую различные фирмы тратят бесчисленные миллионы долларов? Ведь нам хорошо известно, что даже скрытая, не контролируемая умом реклама проникает, запечатлевается в подсознании и заставляет человека желать рекламируемой вещи. Зерно греха, заброшенное в какой-то момент этими рекламируемыми картинами, и острое желание сладости, может быть, не сразу принесут ядовитый плод. Душа, однажды уже насладившаяся воображением греха, словно опьянённая наркотиками, ищет повторения этого ощущения. И, уже пав в тяжкий грех, мы можем даже не помнить и не догадываться, где и когда подхватили эту бациллу смертельной болезни.
Не будет неуместным напомнить любителям так называемых «конкурсов красоты», которые бесстыдно разглядывают обнажённых женщин, один эпизод из жития первомученицы святой Феклы. Эта святая христианская дева отличалась невиданной красотой. Язычники долго мучили эту мужественную исповедницу христианства и наконец выставили её юное, совершенно обнажённое тело на позорище всему народу. «Одеянием ей остался только стыд», — повествует составитель её жития, а сама мученица повторяла слова пророка Давида: «И стыд покрывает лице моё» (Пс. 43:16). На неё выпустили из клеток голодных, рассвирепевших зверей — львов и медведей. Увидев нагую деву, звери склонили головы до земли, опустили глаза и, словно устыдившись её наготы, отступили! Так бессловесные животные оказались судьями и обличителями зрителей: хищные по природе звери проявили свойство непорочного человека, а разумное существо — человек — уподобился хищному скоту.
Обнажая своё тело и ведя себя разнузданно, человек противится воле Божией и выражает протест против епитимии, законно наложенной на род человеческий (вспомним «ризы кожаные», которые Сам Бог дал Адаму и Еве), не признаёт вины, отказывается видеть собственное падение и развращённость и отвергает смирение. Желание привлечь внимание толпы, заставить её наслаждаться твоим «очарованием» — с духовной точки зрения беззаконие и соблазн для других, что ненавистно Богу, ибо противится закону покаяния.
Апостол призывает нас: «Умоляю вас, братия, милосердием Божиим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего» (Рим. 12:1). И сколько прекрасных душой и телом дев и юношей, подобно букету белоснежных лилий, принесли своё девственное, непорочное, прекраснейшее, благоуханное тело в жертву живую и святую, благоугодную Богу. И были они перемолоты хищными челюстями чудовища, одержимого бесовским духом мира сего. Замученные с крайней жестокостью, обагрённые собственной кровью, они стали ещё прекраснее и, украшенные драгоценными камнями, обессмертили эту красоту. Это те девы, которые познали высшую цену своей красоты и, закалённые в очищающем огне, сияют теперь неизреченным и непорочным сиянием. «Не знаете ли, — говорит апостол, — что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои? Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога в телах ваших, которые суть Божии» (1 Кор. 6:19–20).
И вот: в мир пришло христианство, принесло с собой луч истинной культуры, зарю нового народа, плод обетованной земли, масличную ветвь веры в вечную жизнь; багряное солнце прошло над древней землёй, согрело сокрушённые и смиренные сердца, оживило жаждущих Царствия, склонилось к горизонту, до определённого времени скрылось и оставило нам свободу выбора. У нас есть свобода, есть знание, каждый из нас слышит зов: нас зовёт Господь — «Свете тихий» — в небесную радость. Зовёт нас и сатана — падший ангел, приглашает в преисподнюю ада и в бездну тьмы. И это — наша свобода! Свобода — обуздать свои похоти; свобода — сорвать эту сдерживающую страсть узду, а вместе с ней и одежду губительного влечения; свобода — веселиться, смеяться, заигрывать с личной жизнью, попирать ногами, растлевать всё, что ещё осталось в тебе достойного и прекрасного в этой мимолётной и быстротечной жизни, и расплачиваться вечной мукой за этот жалкий призрак блаженства; свобода — в краткое время претерпеть огонь страстей, пламя соблазна, не обмануться сладкой ложью и чарующим пением сирены и не променять жалкое, минутное «удовольствие» на своё собственное первородство! Свобода — избрать вечную жизнь или вечную смерть!
Именно перед этой свободой стоит соблазн, «ибо надобно прийти соблазнам», чтобы наш выбор был испытан, но, несмотря на это:
«Горе тому человеку, через которого соблазн приходит».
Архимандрит Лазарь (Абашидзе)
