«Нечего нам положить на весы, кроме одного хлеба...»
В Африке жил один жестокосердный и скупой мытарь по имени Пётр. Он никогда не миловал неимущих, не боялся ни будущих вечных мук, ни в храм не ходил. Сердце его всегда было затворено для милостыни нищим и неимущим. Но благодатный и человеколюбивый Господь не хочет смерти грешника, и вот, однажды Он и Петру явил Свою благость и таким образом избавил его от вечных мук.
Однажды сидевшие на улице нищие беседовали между собою: добрых и милостивых людей они хвалили и благословляли, а скупых порицали. Во время беседы коснулись они и Петра и начали рассказывать, как сурово обходился с ними мытарь; они спрашивали друг друга, получал ли кто из них когда-нибудь милостыню в доме Петра. Такого человека между ними не нашлось. Тогда один из нищих встал и сказал:
— Что дадите мне, если я сейчас пойду к нему и выпрошу милостыню?
Они уговорились, собрали заклад, и тот нищий отправился к дому Петра и стал у ворот его. Вскоре и Пётр вышел из дома. Он вёл осла, навьюченного хлебом. Нищий поклонился мытарю и громко начал просить милостыни. Пётр взял один хлеб, бросил его нищему в лицо и пошёл прочь. Человек тотчас подхватил хлеб, пришёл к своим товарищам и сказал им:
— Из самых рук Петра получил я милостыню! — и принялся славить Бога и благодарить за такую милостыню Петра.
Через два дня мытарю Петру стало так худо, что он был при смерти, и вот тогда-то было ему видение, будто он на суде и дела его кладут на весы. По одну сторону весов стояли злые и гневные духи, а по другую — светлые и благодатные мужи. Злые духи принесли и положили на весы злые дела, сотворённые мытарем Петром в продолжение жизни. Светлые же духи не нашли у Петра ни одного доброго дела, которое могли бы положить на другую сторону весов, и потому стояли опечаленные и говорили друг другу: — Нечего нам положить на весы. Тогда один из них сказал: — Воистину, нет у нас ничего, кроме одного хлеба, который он два дня назад подал во имя Христово, да и то не по своей воле.
Один из них положил этот хлеб на другую сторону весов, и он перетянул весы на их сторону. Тогда светлые духи сказали мытарю: — Потрудись, жалкий Пётр, и приложи к этому хлебу ещё какое-нибудь доброе дело, чтобы бесы не увели тебя в вечные муки.
Пришедший в себя Пётр задумался и понял, что всё это было не призраком, но что воистину он всё это видел; притом вспомнил он и все свои грехи, даже те, которые давно уже забыл; ясно предстали пред ним все его греховные дела, которые злые духи собрали и положили на весы. Тогда изумлённый Пётр подумал: «Если один хлеб, который я бросил нищему в лицо, так защитил душу мою, что бесы не смогли увести меня, то насколько же щедрее милостыня, поданная с верою и усердием, насколько же помогает она тем, кто без скупости раздаёт нищим всё своё богатство?!»
С тех пор Пётр стал столь милостив, что не пощадил и самого себя. Однажды он шёл в свою таможню. По дороге встретился ему владелец корабля: человек был наг, ибо после гибели корабля совершенно обнищал. И вот, этот человек припал к коленям Петра и просил одежды, чтобы покрыть наготу свою.
Пётр снял с себя своё прекрасное и богатое одеяние и отдал ему. Но человек постыдился носить такую одежду и продал её одному торговцу. Когда Пётр возвращался из таможни, он случайно увидел своё одеяние, выставленное на продажу на прилавке. Это так сильно опечалило мытаря, что, придя домой, он отказался даже от пищи, заперся в комнате, начал плакать и говорил при этом: «Не принял Господь милостыни моей, недостоин я того, чтобы Господь помнил меня!»
В этом плаче и скорби Пётр вскоре уснул, и вот, явился ему некий благодатный муж, который сиял светлее солнца, над главою его был изображён крест, и был он одет в то самое одеяние, которое Пётр дал разорившемуся владельцу корабля.
— О чём скорбишь и плачешь, брат Пётр? — спросил он. Мытарь ответил: — Как мне не плакать, господин мой, когда я раздаю нищим то, что Ты мне дал, а они данное мною вновь выносят на продажу. Тогда Спаситель сказал ему: — Узнаёшь ли ты то одеяние, которое ныне на Мне? Пётр ответил: — Да, Владыко, узнаю, оно моё, я одел им нагого. Тогда Иисус сказал ему: — Итак, перестань скорбеть, ибо одеяние, которое ты дал нищему, Я принял и, как видишь, ношу его. Хвалю тебя за это доброе дело, ибо ты одел Меня, когда Я погибал от холода.
Пробудившийся мытарь изумился, исполнился божественной ревности к нищим и сказал: «Если эти бедняки — то же, что Христос, то клянусь, что не умру, пока сам не стану одним из них!»
Он тотчас раздал нищим всё своё имение и отпустил рабов на волю, оставив себе лишь одного из них, которому сказал:
— Хочу открыть тебе одну тайну. Сохрани её и послушайся меня; если же не сохранишь и не послушаешься, знай, что я продам тебя язычникам. На это раб ответил: — Что повелишь, всё исполню, господин. Тогда Пётр сказал ему: — Пойдём во святой град, поклонимся Гробу Господню, и там ты продай меня какому-нибудь христианину, а вырученные деньги раздай нищим — тогда и сам ты будешь свободен.
Раб весьма удивился такому странному решению господина и сказал ему: — Во святой град я пойду с тобою, ибо я твой раб, но господина моего я никогда не продам. Тогда Пётр сказал: — Если ты не продашь меня, я продам тебя язычникам, как уже сказал тебе!
Вскоре они пришли в Иерусалим. Поклонились святым местам, и Пётр вновь сказал рабу: — Продай меня; если ты не продашь меня, я продам тебя варварам в тяжкое рабство.
Раб, видя такое непреклонное решение господина, вынужден был покориться. Вскоре он встретил одного известного богобоязненного золотых дел мастера по имени Зоил и сказал ему:
— Послушай меня, Зоил, купи у меня хорошего раба. Золотых дел мастер ответил: — Брат, поверь мне: я так разорился, что ничем не могу тебе заплатить. Тогда раб предложил: — Займи у кого-нибудь и купи, ибо он очень хороший раб, и Господь благословит тебя за него.
Послушал Зоил раба, занял у друга тридцать златниц и на эти деньги купил у раба Петра, но не знал, что Пётр сам был господином этого раба. Последний же, получив деньги за своего господина, раздал их бедным, никому ничего не сказал и отправился в Константинополь.
С этого времени Пётр начал служить у Зоила. Ему приходилось делать то, к чему прежде он не был приучен: то работал он на кухне, то возделывал землю в винограднике, то носил тяжести. Такой тяжкой работою изнурял он своё тело и покорно, без ропота сносил всё. Зоил видел, что с приходом Петра дом его наполняется благодатью, богатство удваивается, и сильно полюбил его. Вместе с тем, видя его необычайное послушание, он исполнился благоговения к нему. Однажды он сказал Петру:
— Пётр, хочу отпустить тебя на волю, будь мне братом! Но Пётр предпочитал свободе служение как раб. Часто можно было видеть, как другие рабы ссорились с ним, порою даже били его и всячески бесчестили, он же терпеливо сносил всё и не говорил ни слова.
Однажды Пётр увидел во сне того сияющего мужа, который некогда явился ему в Африке в его собственном одеянии. Теперь он держал в руке тридцать златниц и сказал ему: — Не скорби, брат Пётр, ибо Я Сам принял за тебя деньги; потерпи до того времени, пока тебя не узнают!
Спустя некоторое время из Африки пришли купцы на поклонение святым местам. Зоил пригласил их к себе на обед. Во время обеда гости узнали Петра и говорили друг другу: «Как похож этот человек на Петра мытаря!»
Когда Пётр услышал их разговор, он начал закрывать от них лицо, чтобы они окончательно его не узнали. Но они всё же узнали Петра и сказали хозяину дома:
— Нечто важное должны мы тебе сказать! Знаешь ли ты, что в доме твоём служит тебе великий человек — Пётр? В Африке Пётр был весьма известным человеком, но он внезапно отпустил рабов на волю, а сам куда-то исчез. Князь нашего края весьма опечален и скорбит, а потому мы хотим взять Петра с собою.
В это время Пётр стоял за дверью и всё слышал. Он поставил на землю кушанье, которое нёс для гостей, и направился к воротам, чтобы бежать. Привратник был глухонемым от рождения и отворял и затворял ворота лишь по знакомым ему знакам.
Пётр спешил бежать и сказал этому человеку: — Тебе говорю, именем Господа Иисуса Христа, немедля отвори мне ворота! Тогда отверзлись уста немого, и он ответил: — Хорошо, господин, сейчас отворю!
При этих словах он тотчас отворил ворота, и Пётр поспешно вышел. А бывший глухонемой пришёл к господину своему и при всех начал говорить. Все, кто был в доме, видели и слышали, что он говорит. Все начали искать Петра, но нигде его не нашли. А глухой сказал:
— Посмотрите, не убежал ли он? Знайте, что он величайший служитель Господень; когда он подошёл к воротам, он сказал мне: «Именем Господа Иисуса Христа, тебе говорю, отвори ворота!» — и я тотчас заметил исходящее из уст его пламя, которое коснулось меня, и я тотчас начал говорить.
Повсюду усердно искали Петра, но нигде его не нашли. Тогда в доме Зоила все заплакали и говорили: «Как же мы не знали, что он был величайшим служителем Божиим?» И прославили Господа, у Которого есть такие драгоценные рабы. А Пётр, бежавший от человеческой славы, до конца жизни скрывался в потаённых местах и в VI веке скончался во святом граде.
