Воскрешение праведного Лазаря
Иисус, придя в Вифанию, нашел, что он уже четыре дня в гробе. Вифания же была близ Иерусалима, стадиях в пятнадцати; и многие из Иудеев пришли к Марфе и Марии утешать их в печали о брате их. Марфа, услышав, что идет Иисус, пошла навстречу Ему; Мария же сидела дома. Тогда Марфа сказала Иисусу: Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой. Но и теперь знаю, что чего Ты попросишь у Бога, даст Тебе Бог. Иисус говорит ей: воскреснет брат твой. Марфа сказала Ему: знаю, что воскреснет в воскресение, в последний день. Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет. И всякий, живущий и верующий в Меня, не умрет вовек. Веришь ли сему? Она говорит Ему: так, Господи! я верую, что Ты Христос, Сын Божий, грядущий в мир. Сказав это, пошла и позвала тайно Марию, сестру свою, говоря: Учитель здесь и зовет тебя. Она, как скоро услышала, поспешно встала и пошла к Нему. Иисус еще не входил в селение, но был на том месте, где встретила Его Марфа. Иудеи, которые были с нею в доме и утешали ее, видя, что Мария поспешно встала и вышла, пошли за нею, полагая, что она пошла на гроб — плакать там. Мария же, придя туда, где был Иисус, и увидев Его, пала к ногам Его и сказала Ему: Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой. Иисус, когда увидел ее плачущую и пришедших с нею Иудеев плачущих, Сам восскорбел духом и возмутился и сказал: где вы положили его? Говорят Ему: Господи! пойди и посмотри. Иисус прослезился. Тогда Иудеи говорили: смотри, как Он любил его. А некоторые из них сказали: не мог ли Сей, отверзший очи слепому, сделать, чтобы и этот не умер? Иисус же, опять скорбя внутренно, приходит ко гробу. То была пещера, и камень лежал на ней. Иисус говорит: отнимите камень. Сестра умершего, Марфа, говорит Ему: Господи! уже смердит; ибо четыре дня, как он во гробе. Иисус говорит ей: не сказал ли Я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Божию? Итак отняли камень от пещеры, где лежал умерший. Иисус же возвел очи к небу и сказал: Отче! благодарю Тебя, что Ты услышал Меня. Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня; но сказал сие для народа, здесь стоящего, чтобы поверили, что Ты послал Меня. Сказав это, Он воззвал громким голосом: Лазарь! иди вон. И вышел умерший, обвитый по рукам и ногам погребальными пеленами, и лице его обвязано было платком. Иисус говорит им: развяжите его, пусть идет.
Тогда многие из Иудеев, пришедших к Марии и Марфе и видевших, что сотворил Иисус, уверовали в Него.
Иоанн 11, 1–45
Икона «Похвала и прославление грузинского языка», иконописец Иракли Цинцадзе
И сей язык спит до сего дня, и в Евангелии сей язык назван Лазарем!
И обратила его новая Нина и царица Елена; сии суть две сестры, как Мария и Марфа,
и «друг» сказано потому, что всякая тайна сокрыта в сем языке.
А «четырехдневный мертвец» сказано потому, что пророк Давид сказал: «Тысяча лет — как день един»,
и в Евангелии грузинском в самом начале Матфеева стоит «цил», которая есть буква и означает всего четыре тысячи,
и сие суть четыре дня и четырехдневный мертвец, ибо погребен вместе с Ним смертью Его крещения.
И сей язык, украшенный и благословенный именем Господним, смиренный и презренный, ожидает дня Второго пришествия Господня,
и знамение имеет сие: девяносто четыре года больше иных языков от пришествия Христова до сего дня.
И всё сие, что написано, я представил вам во свидетельство: сию «цил» азбуки.
Иоанн Зосима
«Грузинский язык — это музыка, но не земная, а сошедшая с неба духовная музыка! Он спаситель нашего народа и нашей страны».
«Мы — дети той земли, где хранится заветная святыня всего христианства — Хитон Господа нашего Иисуса Христа, где пролилась кровь многих тысяч мучеников, которые ценой своей жизни сохранили для нас до сего дня наш язык и нашу веру».
«Наш народ — народ распятый. Наша страна соединяет Европу и Азию. Многие хотели нас покорить, уничтожить, но враг не смог отнять у нас самое драгоценное — душу. Не смог отнять дарования, не смог отнять наш грузинский язык… Сегодня небесная и земная Грузия едиными устами и единым сердцем благодарят Создателя, Который спас нашу страну в круговороте лихих времен, Который сохранил нам веру, сладкий язык и культуру».
«Дивная и неизреченная милость: когда весь мир утратит веру, Грузия, как возвестила Богородица иноку Иверского монастыря на Афоне Гавриилу, воссияет. Об особой милости Господа к нашему народу говорят многие знамения: пришествие Хитона Спасителя, то, что Грузия — удел Богородицы, и другие. Вероятно, так следует понимать слова Иоанна Зосимы, что при Втором пришествии человечество будет судимо грузинским языком. Это будет, вероятно, наградой за то, что Грузия даже в самые последние времена сохранит истинную веру и любовь».
«С особой любовью и горячим чувством обращаюсь к вам, наши братья, живущие за пределами родины, обращаюсь к вам, мусульмане и христиане. Мы едины по крови и плоти, несмотря на различие религиозных взглядов. Помните, что ваши предки покоятся в святой земле Грузии. Не забывайте, кто вы и откуда вы, помните благословенный Богом грузинский язык и освященные веками грузинские традиции».
«Нашу национальную сущность, наше национальное единство, как говорит святой Илия Праведный, питают три могучих корня: родная земля, христианство и грузинский язык. Мы должны беречь их как зеницу ока, ибо если среди грузин утратится чувство и сознание этой истины, мы никогда не найдем спасительной тропы».
«Наш мужественный народ, исполненный жажды жизни и свободы, веками созидал наш великий, неповторимый язык. На этом языке создана наша древнейшая письменность, на этом языке написаны „Мученичество святой Шушаник“, прославленный на весь мир „Витязь в тигровой шкуре“ и многое другое. На этом языке говорили в Гелатской и Икалтойской академиях, этот язык звучал на горе Синай, на святом Афоне и в Крестном монастыре в Иерусалиме. На этом языке создают свои труды наши мудрые ученые в нашей славной Академии наук, в нашем благословенном университете и институтах. Грузинский народ глубоко сознает, что „если погибнет язык, падет и народ, и скверна ляжет на святой храм!“ (Григол Орбелиани). Поэтому добрые сыны Грузии любят свой язык».
«Еще святой Илия Праведный в своих публицистических статьях боролся с антигрузинской историографической теорией, созданной в Петербургском университете, согласно которой единый грузинский народ представлялся искусственным объединением разных племен. Продолжением этой кампании стало то, что имперские силы начали переводить богослужебные книги на мегрельский и сванский языки и пытались совершать на них богослужения, но сыны этих краев и всё грузинское общество дали им достойный ответ».
«Самое главное — Грузия всегда обладала величайшей внутренней силой в лице своих мучеников, просветителей, поэтов, художников и своего бесстрашного и свободолюбивого народа. Один из главных источников, откуда грузины черпали духовные силы, — древний и благодатный грузинский язык, на котором создана удивительно богатая литература, язык, о котором преподобный отец Иоанн Зосима сказал: „всякая тайна сокрыта в сем языке“».
«Есть ценности, которые веками создаются и складываются в жизни того или иного народа и утрата которых — преступление. Для нас таковы: православная вера, данная апостолами; музыка, приводящая всех в восхищение; наш язык и письменность, полные тайны и величия; удивительное искусство, иконопись, зодчество; наши прекрасные обычаи. Какие традиции Востока или Запада сравнятся с ними? К сожалению, мы не до конца сознаем, каким богатством владеем».
«Трудиться ради лучшего будущего родины — долг каждого из нас, чтобы „Иверия восстала сильной и стала народом среди других народов, со святыми храмами, с богатым языком, озаренная светом учения!“ Это касается всех сфер нашей жизни, как духовной, так и материальной, и прежде всего это касается грузинского языка.
Автор блистательного памятника древнегрузинской поэзии „Похвала и прославление грузинского языка“ преподобный отец Иоанн Зосима говорит: „И сей язык спит до сего дня, и в Евангелии сей язык назван Лазарем“.
По святому Четвероевангелию, Лазарь был другом Христа. Спаситель воскресил его из мертвых, а его сестрам, оплакивавшим брата, обещал вечную жизнь. Смысл ясен: по воле Божией грузинский язык уподоблен воскрешенному из мертвых святому Лазарю, а оплакивающим его причислен весь грузинский народ, который обязан денно и нощно беречь его и заботиться о нем, как праведный Иосиф укрывал от врагов младенца, Спасителя нашего Иисуса Христа.
Слава Господу, на нашей благословенной земле следы предков не нужно искать со свечой. С гор и равнин земной Грузии более пятнадцати тысяч исторических памятников взывают к Грузии небесной!.. О богатой истории каждого из них сообщает лишь скупая надпись. Стоит грузин перед величественным грузинским храмом, и как прискорбно, что он не может прочесть высеченную на нем надпись… Будем помнить, что, вытесняя из употребления письмо асомтаврули и нусха-хуцури, мы по собственной воле возводим глухую стену между прошлым и будущим. Древние грузинские издания становятся для современного грузина всё более чуждыми и непонятными, хотя они, озаренные той же божественной благодатью, степенным и благородным грузинским языком повествуют о горестях и радостях минувшей жизни народа. Еще в X веке наши великие предки во всей глубине постигли богословскую природу и религиозное призвание родного языка: „Сокрыт грузинский язык до дня Второго пришествия Его во свидетельство, дабы всякий язык обличил Бог сим языком“. По Божию вдохновению столь безмерную миссию возложили на грузинский язык замечательные апологеты христианства, и это обязывает каждого грузина знать древние алфавиты — асомтаврули и нусхури… Каждый окончивший среднюю школу должен уметь читать и писать на асомтаврули и нусха-хуцури. Неоценимую помощь в этом деле, обращенном к грядущим поколениям, могут оказать учителя древнегрузинского языка.
Сегодня святая Церковь — единственная обитель, где благоговейно хранится и ежедневно читается древнегрузинское письмо, ибо все церковные книги напечатаны хуцури…
Прошу грузинских верующих проявить прилежание и усердие, изучить письмо асомтаврули и хуцури. Пусть не разрушают моста, переброшенного между славным прошлым и счастливым будущим, — единственного пути, которым дошли до нас азбука, вера и гений грузинского человека».
«Всякий народ веками созидает свою культуру, язык, характер; уровень искусства, науки, литературы… есть мера его гения. Но самое ясное выражение души народа — все-таки язык. Это таинственное и необъяснимое сокровище, требующее особой заботы и попечения.
Глубок, безбрежен, мудр, смирен и непостижим язык грузинский, как разум и любовь. Его исток так же неведом, как исток патриарха Мелхиседека. В нем вся Грузия… Он прекрасен, как первая роза, расцветшая весной, и отраден, как животворящий луч только что взошедшего солнца; лазурны его одежды, небо — его начало, Господь — его родитель и покровитель. Слово его остро, как меч Давида Строителя, крепко, как Светицховели, и нежно, как утренняя роса, жемчужиной повисшая на цветке.
Необычайную красоту грузинского языка изначально чувствовали наши писатели. Поэтому они посвятили ему, во украшение, много стихов и песнопений. Среди них особенно сияет исполненная тайны „Похвала и прославление грузинского языка“; не забудем, что язык — это богоданное сокровище — надлежит с упованием хранить и беречь как один из залогов нашего счастья.
Богоблагословенные иверы, сыны и дщери Господни, настал час благословения: да будет вам дарована твердость истинной веры, чистота языка, свет души, многочадие, изобилие и достаток. Да царит мир в ваших сердцах, семьях и отечестве… Да покроет вас Пресвятая Богородица Своим материнским покровом, да сохранит и защитит вас».
Подготовил Серго Кереселидзе, журнал «Карибче», № 7, 2006
Однажды отрок Евфимий тяжко заболел. Отец потерял надежду спасти сына, послал человека к священнику с просьбой причастить умирающего, а сам пошел в церковь и пал в молитве перед иконой Пресвятой Богородицы.
Когда святой Иоанн вернулся из церкви в келью, он сразу ощутил благоухание мира и увидел, что отрок, несколько минут назад лежавший на смертном одре, сидит совершенно здоровый. Тот рассказал отцу, что, пока он был в церкви, ему явилась величественная Царица и спросила по-грузински: «Что с тобою, что болит у тебя, Евфимий?» — «Умираю, Госпожа», — ответил Евфимий. Тогда Царица взяла его за руку и сказала: «Нет в тебе никакого недуга; встань, не бойся и свободно говори по-грузински». После этого чудесного исцеления грузинская речь «изливалась из уст Евфимия, как источник, чище, чем у всех грузин».
Преподобный Иоанн возблагодарил Господа и объяснил сыну, что означало это видение: «Сын мой, земля Картли весьма скудна книгами, и многих книг ей недостает, и вижу, что Бог даровал тебе эту благодать. Ныне потрудись, чтобы умножить мзду твою от Бога».
Как говорит католикос Леонид Окропиридзе, святой Евфимий «пробудил в грузине любовь к родному языку. Этим было положено основание учености… О, как счастлив, как чист нравами, как цветущ гражданской жизнью, как прославлен и почитаем был бы и теперь грузинский народ, если бы все мы стояли на пути святого Евфимия… Пусть горит в сердце у всех нас неугасимый светильник Евфимиевой любви к родному языку…»
В IX веке на горе Олимп игумен монастыря велел изгнать из храма странника и паломника святого Илариона Грузина как чужеземца, не знающего эллинского языка. Ночью во сне игумен увидел, что двое всадников схватили его и привели в великий храм, где на престоле восседала Пресвятая Богородица. Матерь Господа грозно сказала ему: «Зачем ты, несчастный, изгнал великого подвижника Илариона и его спутников и забыл заповедь Сына Моего о странноприимстве? Зачем смеешься над их речью и почему думаешь, что только эллинский язык угоден Богу? Многие, говорящие на их языке, поселятся на этой горе и спасутся, а кто не примет их, тот Мой враг, ибо Сын Мой даровал Мне этот народ за его непоколебимое Православие, потому что они уверовали в Сына Моего и крестились». Устрашенный игумен пал в ноги святому Илариону, просил прощения за дерзость и умолял его остаться и отвратить от него гнев Пресвятой Владычицы.
Николай Марр: По-грузински можно выразить всё, что только может быть выражено на земле на каком угодно языке. Нет мысли ни на одном языке, России или Западной Европы, которую грузин не только не смог бы выразить в полноте, но и не облек бы в художественную форму. Грузинский язык, в особенности живой грузинский язык, высокохудожественно передает всякую мысль, не искажая и не порча ее, — так богат грузинский язык. Можно сказать, что по своим внутренним свойствам это мировой язык.
Профессор Рихард Мекелейн, картвелолог: По выразительным средствам грузинский язык — один из богатейших в мире. Не уступает он самым развитым языкам и запасом слов.
Наверное, все мы помним финал кинофильма «Корни», когда его главный герой, грузин-эмигрант в далекой Франции, перед смертью забывает чужие языки и говорит только по-грузински. Прототипом этого эмигранта был бежавший на чужбину Варлам Черкезишвили. Григол Робакидзе рассказывает о Варламе «потрясающую историю о том, как глубоко он с самого детства был укоренен в тех корнях»: «Живя вне родины, он забыл грузинский. Знал русский, английский, французский. В час смерти он забыл и русский, и английский, и французский — и, говорят, залепетал по-грузински. Вот кем был, грузины, Варлам Черкезишвили».
Марджори Уордроп: Грузинский язык замечательно покоряется ритму и рифме. В Грузии почти каждый человек — поэт по природе.
Русский языковед П. К. Услар (1816–1875): Грузинская азбука без исключения удовлетворяет всем условиям, какие вообще предъявляются к азбуке. Это самая совершенная азбука среди азбук. Каждый звук выражается отдельным знаком, каждый знак всегда выражает один и тот же звук.
Святой священномученик Григол Перадзе: Человек приносит в этот мир и другие сокровища, и другие богатства, и одно из этих богатств — его язык. Грузинский язык — родной язык! Сколько написано на эту тему, и если собрать все эти писания, за немногими исключениями, и положить на одну чашу весов, а на другую — лишь одно слово этого языка, то это одно слово своей тяжестью и смыслом подбросило бы все эти писания в небо, как перышко. Сладкий, прекрасный, приятный, красивый, изящный, простой, бесхитростный, богатый, стройный — и Бог знает какими еще именами называют этот наш грузинский язык. А наша Церковь и наш народ именуют этот язык еще выше. Для Церкви этот язык, это слово — божественного начала: «В начале было Слово… и Слово стало плотию». Для нашего народа слово означает в то же время мышление, отличающее его от скота… У нас есть слово пережитое, выработанное, продуманное и осмысленное нашим предком, созданное народом, и потому грузинское слово, которому две тысячи лет, сегодня так же понятно нам, как было понятно две тысячи лет назад.
