Священник В. В. Щукин
«Я не таков, как прочие люди...» (Лк. 18:11) — будто бы совершенно безгрешные слова, а между тем сколько внутреннего зла и нравственного падения скрывается за этими словами! Обычно мы даже не подозреваем, куда ведёт нас подобная фраза; увы, прямо на дно ада!!!
Чтобы оценить всю тяжесть фарисейского греха этой коварной фразы, нужно последовательно, шаг за шагом, рассмотреть, до какой крайности доходит этот фарисейский путь нравственного падения, исполненный самовозвеличения (честолюбия).
Я не таков, как прочие люди! Этой лукавой мерой постоянно пользуются фарисейски настроенные люди и тогда, когда они действительно в чём-то превосходят других людей, и даже тогда, когда на самом деле они гораздо хуже, чем «прочие люди».
Вот целая лестница нашего фарисейского противопоставления себя ближнему, на первой же ступени которой мы в точности повторяем слова евангельского фарисея: «Я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи...» Здесь мы сравниваем себя с явными злодеями и грешниками, до которых, по милости Божией, мы ещё не пали.
Таких, заранее уже погибших, людей мы действительно лучше; поэтому в этих словах («я не таков, как прочие люди») действительно проглядывает зерно правды, но это зерно правды холодной, равнодушной, предосудительной, одним словом — фарисейской. Именно о такой правде говорит нам Спаситель наш Иисус Христос: «Если праведность ваша не превзойдёт праведности книжников и фарисеев, то вы не войдёте в Царство Небесное» (Мф. 5:20). Впрочем, хорошо было бы, если бы мы остановились на этой ступени губительного фарисейского самооправдания; но нет, вместе с фарисеем мы спускаемся на вторую ступень ощущения своего сравнительного превосходства над другими (гордости): «Я не таков, как прочие люди, или как этот мытарь», как какой-нибудь мой ближний.
Чувствуете, насколько эта ступень противопоставления себя другим в нравственном отношении ниже первой? В этом случае мы противопоставляем себя подобным нам людям, прежде всего своим же знакомым и друзьям. Я не похож на своего знакомого, который вечно пьянствует, ни на своего сослуживца (коллегу), который берёт взятки, — я этого не делаю; я не похож на своего товарища, который постоянно лжёт и которому никто не верит, — я до этого не пал. Сколько таких или подобных фраз мы если не произносили, то хотя бы проговаривали в уме. И мы не только не стыдимся этого, но успокаиваемся и услаждаемся ими и даже не подозреваем, что подобные мысли исполнены горделивого самовозвеличения и беспощадного осуждения ближнего.
Может быть, иногда в подобном суждении или осуждении мы и правы, но эта правда целиком поглощается всей ложью самообмана. Мы даже слышать не хотим, что если в одном случае мы в чём-то превосходим ближнего, то в десяти случаях сильно ему уступаем.
Печально, что на этой ступени самовозвеличения и фарисейского осуждения ближнего мы забываем слова Господа или вовсе остаёмся к ним равнодушными: «Не судите, да не судимы будете... И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоём глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: „дай, я выну сучок из глаза твоего“, а вот, в твоём глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего» (Мф. 7:1–5).
Да! Сначала расстаньтесь с собственными пороками и лишь тогда говорите, что вы не похожи на грешных людей! Если вам это удастся, тогда-то вы меньше всего и будете склонны говорить что-либо подобное. Истинно непорочный и праведный человек никогда не поставит себя выше ближнего, не возгнушается им как грешником и недостойным. Его удержат благодатная христианская любовь и послушание, столь недоступные стоящим на второй ступени фарисейского самовозвеличения; но, к несчастью, мы спускаемся ещё ниже — на третью ступень. К сожалению и к стыду, в грехах и пороках мы намного превосходим даже древних фарисеев!
Я не таков, как прочие люди, — даже превосходящие меня достоинством и положением, среди которых многие ничтожнее и неразумнее меня. До такого бессмысленного самовозвеличения не доходил даже крайне испорченный фарисей, а с нами такое случается на каждом шагу. Мы часто критикуем достойных людей из числа знатных, потому что уверены, что на их месте поступили бы гораздо лучше и разумнее. Ни во что ставим их достоинства и гордо заявляем: я не променял бы на их достоинства даже свой порок! И если в этом случае в нас не говорит крайнее легкомыслие, то мы имеем дело с безмерным себялюбием, для которого нет ничего святого и достойного уважения за пределами его узких и жалких личных интересов.
Ведь в этом бессмысленном заявлении нет уже и крупицы правды, если я считаю, будто даже мой порок превосходит достоинство знатных? Это ведь отрицание самой истины, источник которого — наша же зависть, своенравие, хвастовство?! На борьбу с этим неподобающим христианину и совершенно страшным злом призывает нас святой апостол Иаков:
«Но если в вашем сердце вы имеете горькую зависть и сварливость, то не хвалитесь и не лгите на истину. Это не есть мудрость, нисходящая свыше, но земная, душевная, бесовская» (Иак. 3:14–15).
Вот до чего довело нас гордое фарисейское противопоставление себя ближнему — почти до бесовского настроения; и действительно, мы служим диаволу, когда спускаемся на третью ступень губительного утверждения и заявляем: я не таков, как прочие люди.
На этой ужасной последней ступени бесстыдные сравнивают себя с такими же бесстыдными людьми и присваивают себе первенство среди них в бесстыдстве. Жестокосердый говорит: я не похож на того, кто хоть и зол, но беспомощен; от меня жалости не жди. Неверующий заявляет: я не похож на тех, кто кое во что верит, а кое во что нет, — я вообще не верю ни в Бога, ни в диавола. А развратник хвалится: я не похож на других, краснеть и смущаться мне несвойственно.
Смысл всего этого таков: может быть, я и хуже всех, но зато я не похож на других и этим горжусь! Вот он, конец пути! Хвастаться и кичиться злом — это сама природа диавола, а отсюда — рукой подать до дна ада!
Избави нас, Господи, от такого страшного падения! Хвастаться и гордиться злыми делами и мыслями?! Не хочу верить, что кто-нибудь из нас сознательно стремится к такому нравственному растлению. А если кто-нибудь такой всё же есть, он должен трепетать от слов пророка: «Что хвалишься злодейством, сильный?.. гибель вымышляет язык твой; как изощрённая бритва, он у тебя, коварный! ты любишь больше зло, нежели добро, больше ложь, нежели говорить правду; ты любишь всякие гибельные речи, язык коварный: за то Бог сокрушит тебя вконец, изринет тебя и исторгнет тебя из жилища твоего и корень твой из земли живых» (Пс. 51:3–7).
За это и получил воздаяние хвалящийся своим злом — диавол; то же ожидает и всякого земнородного, заражённого его сатанинской природой.
О! Убоимся этой безнадёжной и страшной участи. Такого падения нужно вовремя избежать, отвергнуть фарисейское противопоставление на первой же ступени и вступить на восходящую лестницу спасительного послушания и смирения.
Пресловутую фразу «я не таков, как прочие люди» нужно совсем изгнать из наших уст. Лучше, если мы будем произносить её в противоположном смысле: я не таков, как прочие люди — блудники, прелюбодеи, еретики и другие, которые одолели свои греховные привычки и наклонности, а я тону в пучине греха. Они смогли искренне покаяться и обратились к правде, а я по-прежнему нерадив. Их сердца исполнены пламенной любви к Господу, а моя любовь к Богу не так искренна и истинна.
Воистину я не таков, как прочие люди, ибо я хуже всех!..
Но я таков, как прочие люди, ибо во грехе зачат и во грехе рождён и непрестанно грешу; но, Боже мой, будь мне помощником, чтобы я уменьшил множество грехов моих...
Господи и Владыко! Сохрани нас и благослови на пути истинно христианской жизни.
Рига, 1911 г. С русского (на грузинский) перевёл Тамаз Хараишвили
