Митрополит Антоний Сурожский
В чём состоит покаяние?
Человек, который жил для себя, повернулся к Богу спиной, вдруг или постепенно начинает думать о том, что его жизнь не может быть полноценной, если будет продолжаться так, как он её ведёт. И так человек начинает обращаться к Богу. Покаяние и состоит именно в этом — в обращении к Богу. Именно это первоначально и решающе. И когда мы вдруг меняем курс, обращаемся к Богу, к истине, к тому, к чему вообще призван человек, это уже значит, что мы сделали первый шаг к покаянию. Но это ещё не значит покаяться, потому что мы ещё не изменились. Чтобы это произошло, нужно что-то пережить. Просто так человек не может расстаться с привычной жизнью, отречься от себя и обратиться к Богу. Когда человек живёт себе спокойно и ничего особенного с ним не случается, он как бы «пасётся» на поле жизни, благодушествует и не задумывается о том, что над ним бездонное небо, не думает ни о какой опасности. Жизнь для него приятна. Но если вдруг на него что-то обрушится, он задумается обо всём, задумается о том, что, оказывается, не всё так просто.
Бывает, что человек необдуманно совершает как будто незначительный поступок — и вдруг оказывается в страшном положении. Так случилось однажды с мальчиком, который бессмысленно размахивал ножом перед своей сестрой. Вдруг нож попал ей в глаз. Он сразу понял, какое это безумие и безответственность — так играть. Его сестра на всю жизнь осталась слепой на один глаз. Не смог забыть этого и брат. И выражалось это не в том, что он боялся прикасаться к кинжалу или к перочинному ножу, а в том, что он уже понимал: самое незначительное действие может иметь трагический конец.
Иногда покаяние человека рождается не из трагического случая, а из того мнения, которое, оказывается, имеют о нём другие и которое он случайно услышал. Мы всегда представляем себя лучшими людьми, и когда нас критикуют, не принимаем этой критики, потому что думаем, что этот человек не видит наших необыкновенных качеств. Но вот мы случайно услышали то, что о нас говорят за глаза. Оказалось, что мы представляли себя героем, а другие, оказывается, считают нас трусом. Мы считали себя справедливыми, а другие, оказывается, считают нас хитрыми, и т. д. Когда мы задумаемся обо всём этом, у нас возникают вопросы: кто же я? В чём моё призвание? Я, конечно, имею в виду не профессиональное призвание, а то, каким человеком я должен стать. Неужели я доволен тем, что я собой представляю?! Неужели я не могу измениться и стать лучше?!
Бывает и так, что человек начинает думать обо всём этом, читая Евангелие. Мы читаем Евангелие и видим, каким должен быть человек. Видим образ Христа во всей Его красоте или насколько мы способны его увидеть. И потом начинаем сравнивать себя с Ним. Начинаем всматриваться не в себя, а во Христа, или же в то, что говорят о нас люди.
Так начинается суд над собой. А с момента суда уже приходит покаяние. Хотя это ещё не полное покаяние, потому что осуждение себя вовсе не значит, что душа испытывает боль из-за совершённого.
Иногда умом мы и чувствуем, что мы плохие и что в том или ином случае нужно было поступить иначе, но не переживаем этого. Мне вспоминается один случай. Давно (ещё в 20-е годы) на одном из съездов Русского студенческого христианского движения был у нас один замечательный священник — отец Александр Ельчанинов. Именно к нему пришёл на исповедь один офицер и сказал:
— Я могу рассказать вам всю свою жизнь, какие несправедливости я совершил. Но то, что я сделал, я сознаю только умом. А сердце моё ко всему этому бесчувственно. Мне всё равно. Умом я понимаю, что всё это — зло, а сердцем не чувствую: ни боли, ни стыда.
И отец Александр тогда сказал ему такую необыкновенную вещь:
— Не кайтесь мне. Это пройдёт впустую. Лучше завтра, перед началом литургии, подойдите к Царским вратам и, когда все соберутся, скажите то, что вы сейчас сказали мне. Перед всеми, кто будет на службе, исповедуйте свои грехи.
Офицер согласился, потому что чувствовал, что утратил всякую способность к сочувствию и переживанию, у него остались лишь память и ум, а сердце умерло, будто в нём угасла сама жизнь. Он ушёл от священника в смятении. Он мучился: как можно рассказать всё перед другими?! Думал, что все отвернутся от него, будут гнушаться: «Мы-то считали его порядочным человеком, а он, оказывается, вот какой мерзкий». Но он был настолько удручён своим состоянием, что преодолел этот страх и стыд. На следующий день, перед началом службы, он встал у Царских врат и начал рассказывать.
И произошло нечто совершенно неожиданное.
Все участники съезда с сочувствием обратились к нему, и он почувствовал, что все словно прижали его к сердцу, что все сочувствуют ему и переживают его боль. Тогда он заплакал и продолжал исповедь с рыданиями и слезами;
с этого дня он начал новую жизнь. Вот это очень важный момент... покаяние. Покаяние состоит не в том, чтобы хладнокровно перечислить грехи и так исповедать их пред Богом, а в том, чтобы всё это потрясло нас так, что вызвало бы у нас слёзы.
Интересную мысль об этом высказывает ученик Симеона Нового Богослова, преподобный Никита Стифат. Он говорит, что слёзы искреннего покаяния могут вернуть человеку утраченное девство.
Покаяние именно таким и должно быть.
Но что, если мы не всегда способны на такое покаяние?! Как же тогда поступать? Вы, наверное, читали, как проводятся археологические раскопки древних городов и памятников. Приходит археолог и начинает копать землю. Сначала он видит обычную почву, потом постепенно различает какие-то очертания — то, что давно ушло под землю. Так происходит первое видение того, что он ищет. Так же и в сердце человека. Сначала мы лишь в зачатке обнаруживаем то, что унижает наше достоинство: что мы недостойны того уважения и любви, которыми окружены, и той любви, которую являет к нам Бог. Так открываются наши глаза. Теперь уже мы можем прийти на исповедь и сказать, что в глубине нашей души, а может быть, и ещё глубже, лежит целый мир грехов, на поверхности которого я уже кое-что распознал, и у меня появляется желание открыть это Богу и сказать Ему:
— Господи, я это увидел! Ты помог мне это увидеть, и поэтому я хочу отказаться от этого зла. Я ещё не знаю, как покаяться, но знаю, что мои грехи несовместимы с нашей дружбой, с теми отношениями, которые у меня с близкими, и с тем, каким я хочу быть.
Есть древняя, ещё средневековая разрешительная молитва, которая заканчивается такими словами:
— Да простит тебе Бог всякий грех, в котором ты покаялся со всей искренностью. То есть простит не то, что ты сказал, а то, что потрясло тебя всей душой, что привело тебя в трепет. Вот эти грехи тебе простятся. А остальные — это уже новая задача. Нужно постараться глубже вникнуть в себя, исследовать и обнаружить то, что ты считаешь недостойным себя, Бога и тех людей, которые представляют тебя совсем иным. Так исповедь становится частью прогрессивного, постепенно углубляющегося покаяния. Так постепенно тебе будут открываться всё новые глубины. Тогда у вас возникнет вопрос:
— В чём же состоит жизнь? Неужели в том, чтобы углубляться в себя и видеть в себе только зло, зло, зло?.. Погрузиться во мрак? Так ведь невозможно жить!
Да, трудно. Но иначе мрак не изгнать. С мраком можно бороться только светом. И если мы увидим в себе что-то разумное, это значит, что свет ворвался в нашу жизнь.
Хочу привести вам пример, который я рассказываю детям, приходящим на исповедь, — они приходят и говорят мне:
— Я вижу в себе зло, но не могу его искоренить, вырвать.
Я спрашиваю:
— Когда ты входишь в тёмную комнату, разве ты пытаешься прогнать темноту, размахивая белым полотенцем, и разве надеешься так её рассеять?
— Нет, конечно, нет!
— Так что же ты делаешь?
— Открываю ставни, раздвигаю занавески, открываю окно.
— Вот именно так и нужно поступать. Ты впускаешь свет туда, где прежде была тьма. Так же нужно поступить и теперь. Если ты действительно хочешь покаяться и измениться, то нужно обращать внимание не только на то, что в тебе плохо, — ты должен впустить в себя свет. Поэтому нужно обратить внимание на то, что в тебе светло. И вот этим светом ты должен бороться с гнездящейся в тебе тьмой.
— Да, но как это сделать? Неужели я должен думать, что я хороший?
— Нет. Нужно читать Евангелие, отмечать те места, которые западут тебе в сердце, от которых дрогнет сердце, которыми просветится ум, которые расположат тебя начать новую жизнь. Ты должен знать, что в этом слове, в этом образе, в этой заповеди, в этом примере Христа ты нашёл искру Божественного света. И осквернённый, потемневший образ, который ты собой представляешь, просветляется. И этим ты уже немного уподобляешься Христу, в тебе начинает проявляться образ Божий. И если это так, ты должен это запомнить. Тогда, если ты продолжаешь грешить, ты будешь знать, что оскверняешь ту святыню, которая уже живёт в тебе, уже действует, уже растёт. Будешь знать, что грехом гасишь в себе образ Божий, гасишь свет и этим усиливаешь тьму. Не делай этого.
Вера в то, что в тебе есть свет, постепенно рассеивает тьму. Потому что, во-первых, где свет, там тьма рассеивается. Во-вторых, когда ты обнаружишь в себе какую-то частицу света, увидишь чистоту, истину; когда смотришь на себя и думаешь, что всё-таки ты настоящий человек, тогда ты можешь бороться с тем, что наступает на тебя, как враг, пришедший взять город, бороться с тем, что затемняет этот свет в тебе. Так ты научишься ценить чистоту. А потом начинается невидимая брань. Поднимаются скверные помыслы, плотские страсти, и теперь тебе нужно выдержать их натиск. В это время ты можешь сказать себе: нет, я обнаружил в себе искру целомудрия, чистоту, желание любить так, чтобы не осквернить этого человека даже в мыслях, не говоря уже о прикосновении к нему. Я не могу и не допущу этих помыслов, я буду бороться. В этом мне поможет Христос, и именно к Нему я воззову:
— «Господи, очисти меня! Господи, спаси меня! Господи, помилуй меня!»
И Господь поможет мне.
Да, поможет, но не поможет до тех пор, пока ты сам не станешь бороться со всем этим. В житии Антония Великого мы читаем, как однажды он в отчаянии боролся с искушением. Боролся с таким самоотвержением, что в конце концов обессиленный упал на землю. Вдруг ему явился Христос. Обессиленный Антоний спрашивает:
— Господи, где Ты был тогда, когда я боролся в отчаянии?
Христос отвечает:
— Я стоял рядом с тобой, чтобы, если понадобится, прийти тебе на помощь. Но тебе это не понадобилось; ты не сдался и победил.
По-моему, каждый из нас может научиться покаянию и приходить на исповедь с новыми победами. Так мы обнаружим в борьбе с грехом поле битвы, которое будет раскрываться всё шире и глубже. Только так мы можем получить прощение и благодать, новую силу от Христа, прощение того, против чего мы начали бороться. Одолеть то, чего ещё не одолели.
