Страдание святаго мученика Неофита
В городе вифинском Никее жил муж, по имени Феодул, имевший супругу Флоренцию. Оба они были богобоязненные христиане и благоговейно соблюдали заповеди Божии. У них родился сын, которого они назвали Неофитом. Просветив его Святым Крещением, они воспитывали его по-христиански. По мере того, как отрок возрастал годами и разумом и, приближаясь к десятилетнему возрасту, начал учиться в школе, в него вселилась благодать Божия, и҆з̾ ᲂу҆́стъ младе́нєцъ хвалꙋ̀ Христу совершающая, ибо Святый дх҃ъ, и҆дѣ́же хо́щетъ, ды́шетъ: отрок стал чудотворцем. У него был такой обычай: когда дети были отпускаемы из училища по домам своим, блаженный отрок Неофит брал с собою домой беднейших детей, своих сверстников, и разделял между ними ту пищу, которую получал от родителей своих на обед, — а сам оставался голодным. Затем он шел к восточным воротам города, начертывал там своим перстом крест и, поклоняясь ему, молился Христу Богу, распятому за нас на кресте. Сотоварищи же его, насытившись от обеда его, приходили к нему в то время, как он молился у восточных ворот. Там был в стене камень. Ударяя в этот камень рукою, блаженный Неофит изводил для своих сотоварищей воду, как из источника, — и они пили. Это делал святый отрок во все дни, питая своих сверстников обедом и чудесно напояя водою, изводимою из камня. При этом он запрещал им говорить кому-либо об этом, и они не рассказывали. Таким образом никто не знал в этом году о чудотворениях его, ни даже родители его, а только те беднейшие отроки.
На следующий год матери Неофита Флоренции, исполненной особенной любви к Богу, было открыто Богом в сонном видении, что сын ее изводит воду из камня, подобно Моисею, и напояет жаждущих отроков. Она же, восстав от сна, молилась Богу, чтобы Он открыл ей в подробностях все о сыне ее Неофите. И вот, прилетел с небесной высоты белый голубь, блистающий несказанным светом. Сев на постели Неофита, голубь обратился к нему с человеческою речью:
— Я послан, — сказал он, — от Спасителя сохранить твой одр непорочным.
Услышав это, мать его пала мертвою от ужаса. Тотчас стало известно по всему городу Никее, что Флоренция, жена Феодора, умерла внезапно. Немедленно собралось в дом умершей множество народа, — мужчины и женщины, соседи и знакомые, и все недоумевали, что случилось с нею, что она умерла неожиданно. Феодор, муж ее, находился в это время на поле. Его тотчас известили о внезапной смерти жены его. Разодрав на себе одежды от скорби, он поспешил домой, рыдая. Неофит, встретив его у ворот, сказал:
— Зачем ты скорбишь, отец? Не умерла мать моя, а крепко уснула.
Затем, вошедши с отцом в дом, он взял за руку мать и сказал:
— Встань, мать моя; ты заснула крепко.
Она, вставши как бы от сна, обняла своего сына и лобызала его с любовью. Видя это, все собравшиеся в дом прославили Бога. Флоренция же рассказала по порядку своему мужу все, что было с нею в сонном видении и наяву. Тогда же стало известно и то чудо, что Неофит изводил из камня воду. Все немало дивились этому, а многие из язычников, бывших там, слыша обо всем этом и дивясь благодати Божией, обитавшей в чистом и непорочном отроке Неофите, уверовали в Господа нашего Иисуса Христа.
Между тем голубь всегда являлся к одру святаго и, сидя на одре, говорил человеческим голосом. Однажды он сказал святому:
— Выйди, Неофит, из дома отца твоего, и иди вслед за мною.
Святый отрок встал, простился с родителями своими и пошел за голубем. Голубь, доведши его до горы Олимпа, к одной расселине в камне, влетел в находившуюся там пещеру. Неофит, вошедши вслед за ним, нашел там огромного льва и сказал ему:
— Выйди отсюда и поищи себе другую пещеру, потому что жить здесь мне повелел Господь.
Услышав это, лев облизал языком прах от ног его и ушел. Святый остался жить в львиной пещере и был питаем Ангелом. По истечении одного года святый, по повелению Божию, пошел опять в город Никею к родителям своим, близким уже к кончине, и, дав им последнее целование, предпослал их к Богу, а сам, раздав нищим оставшееся после них имущество, снова возвратился на гору Олимп, в свое прежнее местопребывание. Там он оставался все время до исполнения пятнадцатилетнего возраста, подобно Ангелу, прославляя Бога и получая пищу от руки Ангела.
В это время царствовали на Востоке и на Западе мучители Диоклетиан и Максимиан, а в области Вифинской был правителем Декий и помощник его Уар. Церковь Христова была гонима по всей вселенной нечестивыми идолопоклонниками. Тогда же пришел Декий в Никею, а глашатай его объявил, чтобы все граждане города и окрестные жители собрались принести жертвы богам. Был назначен и день для этого гнусного празднества. В это же время находились в Вифинской области и цари; они также прибыли в Никею. Когда наступил этот бесовский праздник и всенародно приносились жертвы идолам, тогда Ангелы Божии, взявши святаго Неофита с горы Олимпа, поставили его среди никейской площади — с просветленным лицом подобно Моисею. Святый громогласно воскликнул:
— Я открылся не искавшим меня и являюсь не спрашивающим обо мне, чтобы обличить заблуждения и обманы нечестивой веры.
Совершавший празднество народ, а с ним и правитель Декий, увидев внезапно явившегося среди них светлого юношу, громко говорившего, удивились и спрашивали, кто он и откуда. И тотчас же граждане узнали, что это Неофит, сын Феодора и Флоренции. Тогда правитель Декий повелел, чтобы и он принес, Святый мученик Неофитвместе с ними, жертву их богам. Святый отверз свои дерзновенные уста и начал говорить:
— Беззаконник и кровопийца, что ты делаешь, приводя к погибели столько человеческих душ? Разве ты не знаешь, что за всех тех, которых ты приводишь к бесовской жертве, ты понесешь страшную ответственность и будешь вечно мучиться в геенне огненной?
Правитель Декий страшно рассердился по поводу этого обличения и повелел обнажить святаго юношу и, зацепив за руку, повесить на дереве и бить немилосердно воловьими жилами, а затем положить его в уксус, смешанный с солью. Святый мужественно переносил страдания и взывал громким голосом к стоявшему вокруг народу:
— Мужи, одержимые безбожием и страждущие слепотою, покайтесь и избавьтесь от этой тьмы; придите к истинному Свету, Христу Богу, и просветитесь Святым Крещением, чтобы удостоится вечной жизни!
Правитель, слыша такие слова святаго юноши, исполнился еще большей ярости и повелел снова повесить его на дереве и строгать ножом его ребра. Мучимый так, святый Неофит не говорил ничего иного, кроме слов:
— Сыне Божий, помилуй меня!
Тогда предстал пред ним один из приближенных правителя и сказал:
— Что ты беснуешься, Неофит, противясь царскому повелению? Обещай принести богам жертвы, — и тотчас будешь освобожден от этой жестокой казни.
Святый ответил ему:
— Я приношу Богу Небесному жертву хваления, а бездушным идолам и живущим в них бесам никогда не поклонюсь.
Тогда правитель повелел своим слугам еще более жестоко строгать святаго по всему телу попеременно. Слуги, сменяясь, строгали его беспощадно, так что кости его обнажились. Святый же, укрепляемый Богом, во время этих мучений пел: а҆́ще пойдꙋ̀ посредѣ̀ сѣ́ни сме́ртныѧ, не ᲂу҆бою́сѧ ѕла̀, ꙗ҆́кѡ ты̀ со мно́ю є҆сѝ, Господи.
Правитель, видя, что ничего не успевает, повелел перестать мучить святаго и снять с дерева, причем, утешая его, говорил:
— Видя твою юность и щадя твое здоровье, я не налагаю на тебя еще бо́льших мучений, но советую тебе поклониться нашим богам. Тогда будут присланы к тебе царями искуснейшие врачи, которые скоро исцелят тебя от этих ран.
Мученик ответил ему:
— Я имею иного Врача — Владыку моего, Господа Иисуса Христа, за которого страдаю; на Него я и надеюсь.
Тогда правитель повелел заключить его, связанного, в темницу. На утро пошел правитель в царские палаты и рассказал царям о Неофите.
— Я вчера, — говорил он, — мучил, связав, одного христианского юношу, так как он не хочет поклониться богам. Однако он пренебрегает муками и непрестанно призывает Христа своего.
Цари повелели сжечь живыми как этого юношу, так и всех, исповедующих Христа. Правитель Декий и старейшина Уар вышли из царской палаты и пришли к месту, называемому «школою Геркулеса». Здесь были поставлены царские изображения, и Декий повелел привести из темницы юношу Неофита. Когда святый был приведен, правитель обратился к нему со следующими словами:
— Неофит, подойди и принеси жертву богу Геркулесу; тогда ты будешь угоден богам, а царям и нам приятен.
Святый ответил ему:
— Я молюсь Богу моему, Иисусу Христу, чтобы оказаться приятным и угодным Ему.
Тогда, по повелению мучителя, была сильно раскалена печь для сожжения святаго Неофита. Он был ввергнут в печь и отверстие ее было закрыто на три дня и три ночи, чтобы не осталось и костей мученика. Но святый мученик Неофит, посреди огня охлаждаемый Божественною росою, веселился как на месте спокойном, воспевая: гдⷭ҇ь пасе́тъ мѧ̀, и҆ ничто́же мѧ̀ лиши́тъ, на мѣ́стѣ зла́чнѣ, та́мѡ всели́ мѧ. Он оставался совершенно невредимым, подобно трем Вавилонским отрокам, ввергнутым в печь.
По прошествии трех дней пришли слуги мучителя открыть печь и высыпать пепел; они думали, что печь угасла и тело мученика сгорело. Но лишь только они открыли отверстие, тотчас неожиданно из печи изверглось огромное пламя и попалило множество нечестивых, пришедших туда, так что едва ли кто остался невредимым. Святый же громким голосом воскликнул:
— Благословен Ты, Господи Боже мой, сохраняющий меня здравым и невредимым среди мучений, избавляющий меня от лукавства мучителей, претворяющий для меня огонь в росу и попаливший пламенем достойных вечного и неугасающего пламени! Молюсь Тебе, Владыко, не посрами меня, раба Твоего, до конца, пока я совершу свой подвиг при Твоей помощи.
После этого святый вышел из печи здравым, не получив никакого вреда от огня. Нечестивые слуги, оставшиеся от сожжения пламенем, взяли его и повели к правителю. Все язычники удивлялись такому чуду и приписывали его, по нечестию своему, волхвованию, сами будучи исполнены бесовского чародейства: злоба ослепила их, и они не могли уразуметь силы Христовой.
Затем святый был осужден на съедение зверями. Было приготовлено возвышение; обнаженного святаго привязали к укрепленному на нем столбу и выпустили на него медведя. Зверь с ревом пошел к святому, но, приблизившись, остановился, посмотрел на него и затем возвратился на свое место. Правитель и все собравшиеся на это зрелище удивлялись этому. Затем выпустили самую свирепую медведицу, которая только дважды в год была выпускаема на ристалище, так как была очень зла и убивала многих. Она, подбежав, поверглась у ног святаго, почитая в нем угодника Божия, а затем отошла на свое место. Когда это происходило, пастухи привели к правителю огромного и весьма свирепого льва, которого, по их словам, они поймали в пустыне пять дней тому назад и вовсе не давали пищи. Обрадованный правитель повелел ввести этого льва внутрь ристалища, где святый мученик нагой был привязан к столбу. Все ужасались, глядя на этого льва, так как он был очень велик и свиреп. Лев, подошедши к святому, посмотрел на него, остановился, и склонив голову, испускал из очей своих слезы, точно реки из источников, а затем стал лизать ноги святаго. Это был тот лев, которого святый Неофит нашел на горе Олимп, в каменной пещере, и отослал в другое место, сам, поселившись в его пещере. Узнав его, святый повелел ему возвратиться в первое свое жилище, на горе Олимпе, которое он уступил святому; при этом святый запретил ему когда-либо вредить людям. Лев, поклонившись мученику, пошел от него со страшным ревом, разломал двери ристалища и быстро прошел среди народа. Все бросились бежать, опасаясь свирепости зверя, но он никого не тронул и побежал в пустыню, по повелению святаго, на прежнее свое место. Мучитель, исполненный страха и ужаса и не зная, что еще делать, повелел убить мученика. Там стоял один звероподобный и свирепого нрава иноплеменник, имевший в руках копье. Он бросился на святаго и, ударив его копьем в грудь, проколол насквозь. Так святый мученик Неофит, закланный как агнец, предал свою душу в руце Господа своего в 21 день января, прожив от рождения своего пятнадцать лет и четыре месяца. Ныне же он, наследуя бесконечную жизнь, славит Источника жизни Христа Бога, со Отцем и Святым Духом славимого во веки.
