Собор святаго Архангела Гавриила
На другой день после Благовещения Пречистыя Девы Богородицы Церковь издавна постановила, иерусалимским уставом и уставом великой обители святаго Саввы, праздновать Собор святаго Архангела Гавриила, особым днем и песнопением почитая сего радостного благовестника. И поистине, особого чествования достоин тот, кто послужил таинству нашего спасения, принес Пренепорочной Деве весть о воплощении Бога Слова в пречистой утробе Ея. Если заслуженный посол и земного царя, принесший в какой-нибудь город царское милостивое слово, принят бывает всеми гражданами того города с особенною честью, — то тем более до́лжно почитать особым празднованием пречестнейшего посла Небесного Царя, величайшего князя ангельского, пришедшего ко всему роду человеческому с премногомилостивейшим словом, возвещающим вечное наше спасение. И как велик сей посланник, который сам прежде открыл достоинство свое святому Захарии: а҆́зъ є҆́смь гаврїи́лъ, предстоѧ́й пред̾ бг҃омъ, т. е. стоящий ближе других Ангелов к Престолу Божию. Как в земном царстве приближеннейший к царю сановник, более осведомленный о тайнах царских, несравненно выше других сановников, более удаленных от царя, — подобно сему и в Царстве Небесном Святые Ангелы, ближе предстоящие пред Богом, яснее созерцающие тайны Божии, сияют большею честию и славою, чем другие Ангелы — низших чинов.
Священное Писание повествует, что пред неприступною славою Божиею всегда предстоят семь Ангелов высочайшего чина, начальствующих князей ангельских. В книге Товита пишется, что спутник юного Товии возвестил о себе, что он один из семи святых Ангелов, предстоящих пред Богом. И святый Иоанн Богослов в книге Откровения своего воспоминает о сих семи начальствующих Ангелах, говоря: бл҃года́ть ва́мъ и҆ ми́ръ ѿ сꙋ́щагѡ, и҆ и҆́же бѣ̀, и҆ грѧдꙋ́щагѡ: и҆ ѿ седмѝ дꙋхѡ́въ, и҆̀же пред̾ прⷭ҇то́ломъ є҆гѡ̀ сꙋ́ть. В числе сих семи считается и Гавриил, вторым по числу, а после Михаила первым. Все они по именам исчисляются так: Михаил, Гавриил, Рафаил, Уриил, Селафиил, Иегудиил, Варахиил.
Если же кто спросит: почему Бог не послал к Пречистой Деве первейшего по чину из своих Ангелов — Михаила, но второго за ним — Гавриила, — тому да будет известно, что сии семь высших Ангелов все равны по своему достоинству, и Михаил есть первый между ними только по числу. Каждый из них имеет свое особенное служение. Михаил — победитель супостатов; Гавриил — вестник таин Божиих; Рафаил — врач недугов человеческих; Уриил, будучи сиянием огня Божественного, есть просветитель потемненных; Селафиил — молитвенник, всегда молящийся Богу о людях и людей возбуждающий к молитве; Иегудиил — прославляет Бога: его служение в том, чтобы укреплять людей, трудящихся в чем-либо ради славы Божией и ходатайствовать о воздаянии за их подвиги; Варахиил — раздаятель Собор Архангела Гавриила благословений Божиих и ходатай, испрашивающий нам Божии благодеяния.
Итак, Михаил не был послан с благовестием к Пресвятой Деве потому, что его служение другого рода — держать всегда обнаженный меч, ополчаться против врагов и прогонять их. Послан же Гавриил, потому что то свойственно его служению — возвещать таинства Божии. Он возвещал святому Пророку Даниилу об освобождении людей Божиих из плена Вавилонского и о времени пришествия Мессии; он же возвестил святому Захарии о рождении Иоанна Предтечи от матери неплодной. Он и святаго Пророка Моисея наставлял в пустыне при написании книги Бытия, передавая ему откровения Божии о первых родах и летах, начиная от создания Мира. Благочестивое предание свидетельствует, что он благовестил святым праведным Иоакиму и Анне о зачатии Пречистой Богородицы и был Пренепорочной Отроковице Ангелом-хранителем от самого зачатия и рождения Ея, и пищу Ей приносил во Святое Святых; он же посему благовестил Ей и о зачатии Сына Божия. Кроме сего, Гавриил был послан с благовестием и потому, что в самом его имени заключен предмет благовествования. Имя Гавриил значит — «крепость Божия», также «муж — Бог». Итак, самым именем своим благовестник означает, что Бог крепкий, Владыка во утробе Девы соделывается совершенным человеком (мужем), т. е. является совершенным Богом и совершенным человеком, — совершенным не по возрасту телесному, а по крепости и разуму. Другие младенцы, зачатые в утробах матерей, ничего не разумеют, и нет в них никакой крепости, — напротив, Младенец, зачатый в девической утробе Преблагословенной Марии, с самого мгновения зачатия Своего обладал разумом неисповедимым и крепостию непобедимою, и потому и в малом теле был мужем совершенным. Сие провидя, Пророк говорит: пристꙋпи́хъ ко прⷪ҇рочице, и҆ во чре́вѣ зача́тъ, и҆ родѝ сн҃а. И҆ речѐ гдⷭ҇ь мнѣ̀: нарцы̀ и҆́мѧ є҆мꙋ̀: ско́рѡ плѣнѝ, на́глѡ расхи́ти. Занѐ пре́жде не́же разꙋмѣ́ти ѻ҆троча́ти назва́ти ѻ҆тца̀ и҆лѝ ма́терь, прїи́метъ си́лꙋ дама́сковꙋ, и҆ кѡры́сти самарі̑йскїѧ. Это значит, что Младенец, еще не могущий говорить, будет уже иметь великую силу и крепость побеждать врагов Своих. Прообразованием сего служило самое имя Гавриила, которое значит: Муж — Бог, Крепкий Бог. И сей Бог в самое время его благовещения, наитием Святаго Духа, зачался в нетленной девственной утробе. Святый Прокл, Патриарх Цареградский, так о сем рассуждает:
«Самое имя Ангела чудесно по своему значению, ибо благовестивший Деве Марии называется Гавриилом. Этим именем он предвозвещал и прообразовал Богочеловека, имеющего прийти в Мир. Гавриил значит: Муж Крепкий, или Муж — Бог, происходит от слова Гавир, что значит: крепкий, или Бог, а в совокупности обоих речений это слово означает: Муж — Бог. Издревле еще предвозвестил сие Иеремия, говоря: созда̀ гдⷭ҇ь но́во на землѝ, жена̀ ѡ҆крꙋжи́тъ мꙋ́жа. Итак, высок весьма сей посланник Божий и по значению своего имени, и по роду своего служения, а еще более по той тайне, от века сокровенной и Ангелам недоведомой, которую ему первому открыл Бог и которую он принес Пречистой Деве. И чем величественнее была сия тайна вочеловечения Божия, чем выше она других тайн, чрез Гавриила же открытых прежде святым пророкам, тем большей чести с того времени сподобился он в сонме самих Ангелов, почитаемый ими, как ближайший зритель внутреннейших и безвестнейших тайн Божиих.
Церковные учители, особенно Дионисий Ареопагит, согласно говорят о тех семи высших Ангелах, что они всегда неотступно предстоят Богу. Другие Ангелы посылаются на различные служения, а сии, как приближеннейшие к Богу, всегда пребывают у Престола Божия. Для возвещения высочайших таин Божних и для явления большей силы Божией и они также посылаются, как говорит святый Апостол Павел: не вси́ ли сꙋ́ть слꙋже́бнїи дꙋ́си, въ слꙋже́нїе посыла́еми. Но какое же явление силы Божией больше и какая тайна выше, как не тайна воплощения Христова, недоведомого, непостижимого, несказанного. Итак, для возвещения такой великой тайны подобало быть посланным и Ангелу великому, неотступному предстоятелю Престола Божия, ближайшему зрителю таин Божиих, каковым и был святый Гавриил.
Достойно внимания и то, к какому из девяти чинов ангельских в трех иерархиях принадлежит святый Гавриил. Некоторые думают, что он находится в третьей, низшей иерархии, и есть чиноначальник среднего чина между Началами и Ангелами, т. е. архангельского, определенного на возвещение великих дел Божиих. Так думают частию потому, что он называется Архангелом, частию потому, что, как говорит святый Дионисий, посылаются на служение не высшие Ангелы, предстоящие близ Престола Божия, но только низшие Ангелы, на то приставленные. Но достовернее то мнение, что святый Гавриил принадлежит к самому высочайшему чину серафимскому и не посылается в менее важных действиях воли Божией, но посылается для возвещения только величайших тайн Божиих, какова была тайна воплощения Божия, — и Архангелом он называется от того радостного благовестия, которое принес Пречистой Деве, и коим он исполнил радости не только Ее, но и всякое создание, не только дольнее (земное), но и горнее (Небесное), как о сем воспевает святый Дамаскин: нбⷭ҇наѧ любо́вїю веселѧ́хꙋсѧ, и҆ земна́ѧ съ тре́петомъ ᲂу҆жаса́хꙋсѧ, є҆гда̀ пречⷭ҇тый гла́съ на́йде на тѧ̀, бцⷣе: є҆ди́но бо торжество̀ ѻ҆бои̑м возсїѧ̀, є҆гда̀ безпло́тный ра́дость тебѣ̀ принесѐ. А что святый Гавриил должен быть причтен к серафимскому чину, — узнаем из того, что никакой другой чин не восходит ближе Серафимов к Престолу неприступной славы Божией, по неложному свидетельству святаго Дионисия. По особому Божию распоряжению всякий чин ангельский имеет свое место: иные чины ближе, другие далее, а серафимский чин всех ближе к Богу, как говорит о сем Исаия: ви́дѣхъ гдⷭ҇а сѣдѧ́ща на престо́лѣ высо́цѣ и҆ превознесе́ннѣ: и҆ серафі́ми стоѧ́хꙋ ѻ҆́крестъ є҆гѡ̀, ше́сть кри́лъ є҆ди́номꙋ, и҆ ше́сть кри́лъ дрꙋго́мꙋ.
А как святый Гавриил есть один из семи ближайших Ангелов, предстоящих Богу, то он и должен быть чина серафимского, второй между Серафимами. Согласно с этим святый Андрей Критский называет его одним из числа первейших Ангелов, говоря: «Одному из первейших Ангелов Бог повелевает возвестить таинство. Если же он был из первейших, то, конечно, из семи духов, всегда предстоящих Богу; и если из семи духов, то из Серафимов. Ибо кто из Ангелов выше Серафимов? Кто ближе их к Престолу Божию? Итак, Гавриил есть Серафим, высший в сем чине».
Открывается сие еще и из того, что для великого дела Божия надлежало и послать великого Ангела. А так как воплощение Слова было величайшим из дел Божиих, то и послан был для возвещения его высший из Ангелов, святый Гавриил, как пишет о сем святый Григорий Двоеслов:
«Для исполнения сего великого служения надлежало явиться и высочайшему из Ангелов, ибо он возвещает несравненно высшее всех. Если некогда для прельщения Евы пришел главный князь тьмы, то надлежало также и к Пречистой Деве явиться для благовещения верховному князю Небесного света, к пламенеющей серафимскою любовию к Богу Марии надлежало и быть посланным Серафиму».
Итак, будем усердно чтить Гавриила, как начальнейшего князя в ликах ангельских, как одного из ближайших к Богу семи Серафимов, как всемирного Архангела, возвестившего всему Миру спасение; будем чтить его благоговейным поклонением и молитвенным пением, радостно совершая его память и воздавая ему благодарение за столь великие благодеяния его роду человеческому, какие он прежде и ныне оказывает, непрестанно моля о нас воплотившегося Бога. Молитвами святаго Архангела Гавриила да получим мы все оставление грехов!
О семи упомянутых здесь высших Ангелах должно заметить, что только имена четырех из них означены в Священном Писании. Так, в книге Данииловой пишется, что святый Михаил помогает евреям, тогда еще благочестивым чтителям Бога; в послании Апостола Иуды говорится, что он, споря о теле Моисея с диаволом, сказал ему: да запрети́тъ тебѣ̀ гдⷭ҇ь; Иоанн же Богослов в своем откровении пишет, что он сражался со змием (т. е. диаволом); о святом Гаврииле известно также из книги Данииловой, что он открывал Пророку в будущем сокровеннейшие тайны Божии, и в Евангелии святаго Луки сказано, что Гавриил благовествовал Захарии о зачатии Предтечи (Господня), а Пречистой Деве Марии — о воплощении Бога-Слова. О святом Рафаиле упоминается в книге Товита, где сказано, что он защищал молодого Товию от нечаянных напастей в пути, отогнал беса от девицы Сарры и возвратил зрение Товиту. О святом Урииле пишется в третьей книге Ездры, что он предлагал Ездре взвесить «тяжесть огня».
О прочих же трех Ангелах, хотя поименно и не упомянуто в Священном Писании, однако, по разумению некоторых богомысленных толковников Божественного Писания, можно думать, что Салафиил есть Ангел, явившийся Агари в пустыне, когда она в глубокой скорби молилась; он сказал ей: ᲂу҆слы́ша бг҃ъ гла́съ ѻ҆́трочища и смиренную твою молитву. Имя Иегудиила усвояют тому Ангелу, которого Господь обещал послать израильтянам в пустыне, чтобы он довел их до Земли Обетованной, воздавая тем награду хранящим Заповеди Божии во славу Господа. О Варахииле думают, что он был в числе тех трех Ангелов, которые явились Аврааму у дуба Маврийского, благословили Сарру разрешением ее утробы от неплодства и дарованием сына Исаака и прообразовали Святую Троицу: Отца, и Сына, и Святаго Духа.
Сии святые, высшие семь Ангелов, из коих Михаил есть первый, а Гавриил второй, издревле были, по благочестивому разумению Святой Церкви, изображаемы на иконах и почитаемы созиданием во имя их храмов. О сем церковная история повествует следующее:
Нечестивый император Диоклетиан, жестокий гонитель христианства, строя для себя в древнем Риме каменные термы, повелел взять множество христиан и посылал их на ту работу, под строгою и немилосердною стражею, которая мучила и удручала святых. Там можно было видеть по несколько тысяч святых страдальцев, кои работали, обливаясь по́том и кровью, и множество их там было погублено мечом и различными казнями за Христа. Таким образом, посредством сего тяжкого труда создалось здание столь огромное и прекрасное, как бы царские палаты. Когда же, по прошествии многих лет, эллинское нечестие вместе с царями своими погибло, а христианство, со вступлением на престол царей христианских, восторжествовало по всей вселенной, — тогда верующие, жившие в Риме, взирая на прекрасные термы Диоклетиановы, вспомнили, что это здание построено руками христиан, и, очистив его от скверн языческих, обратили его в храм христианский во имя семи главных Небесных духов — Архангелов и Архистратигов ангельских сил: Михаила, Гавриила, Рафаила, Уриила, Селафиила, Иегудиила и Варахиила.
Риму стали подражать и другие города, как-то: Неаполь в Кампании и Палермо в Сицилии, где также созданы были каменные церкви во имя сих семи начальствующих Ангелов. Лица их изображены были на досках иконописью и мозаическою работою на стенах церковных, и каждый из них отличаем был от прочих особенными чертами, таинственно изображавшими их невидимое служение. Изображения Ангелов были там следующие. Святый Михаил изображен был попирающим ногами Люцифера и держащим в левой руке зеленую финиковую ветвь, а в правой — копье, на верху коего — белая хоругвь с вытканным на ней красным крестом. Святый Гавриил изображен был держащим в правой руке фонарь с зажженною внутри свечою, а в левой — каменное зерцало из зеленого ясписа, по местам с красными крапинами. Святый Рафаил изображен держащим в левой руке немного поднятый сосуд с врачебными средствами, правою же — ведущим отрока Товию, несущего пойманную в реке Тигре рыбу. Святый Уриил изображен держащим против груди, в правой руке, обнаженный меч, а в левой, опущенной вниз, — пламень огненный. Святый Селафиил изображен с лицом и очами, склоненными вниз, и с руками, прижатыми к груди, как то бывает у человека, умиленно молящегося. Святый Иегудиил изображен держащим в правой руке золотой венец, а в левой бич из трех черных веревок с тремя концами. Святый Варахиил изображен несущим на груди своей на одежде белые розы.
Нбⷭ҇ныхъ во́инствъ а҆рхїстрати́же, мо́лимъ тѧ̀ при́снѡ мы̀ недосто́йнїи, да твои́ми мл҃твами ѡ҆гради́ши на́съ кро́вомъ кри́лъ невеще́ственныѧ твоеѧ̀ сла́вы, сохранѧ́ѧ на́съ припа́дающихъ прилѣ́жнѡ, и҆ вопїю́щихъ: ѿ бѣ́дъ и҆зба́ви на́съ, ꙗ҆́кѡ чинонача́льникъ вы́шнихъ си́лъ.
Пресвѣ́тлыѧ и҆ чⷭ҇тны́ѧ, и҆ вседѣ́тельныѧ, пренеизче́тныѧ и҆ стра́шныѧ трⷪ҇цы, ты́ є҆сѝ а҆рхїстрати́же сла́вный слꙋжи́телю, и҆ мл҃твенниче: ны́нѣ непреста́ннѡ молѝ, и҆зба́витисѧ на́мъ ѿ всѧ́кихъ бѣ́дъ и҆ мꙋ́къ, да зове́мъ тѝ: ра́дꙋйсѧ, покро́ве рабѡ́мъ твои́мъ.
